Как правильно читать газеты / смотреть ТВ

90

«У нас было много лживой, не соответствующей стандартам журналистики информации, она и сегодня есть. Но все равно она лучше, чем в Украине. Люди, зная больше правды, могут принимать более правильные решения», – рассказал польский эксперт.

Наш постоянный «эксперт по Евросоюзу» – польский экономический журналист, собственный корреспондент Национального банка Республики Польши по наблюдению за финансовым рынком Украины Михал Козак рассказал, как работают польские СМИ и зачем украинским читателям/зрителям смотреть в окно.

– Как работает центральное телевидение в Польше? Оно общественное или государственное, и чем отличается от коммерческого?

– А у нас и государственное, и общественное. Одновременно. По закону о СМИ, государственно­общественное радио и государственно­общественное телевидение. Владельцем общенациональных телеканалов, первого и второго, является акционерное общество, где 100% акций принадлежит государству. То же с национальными каналами радио – по закону, государственное и не может быть перепродано никому. Но есть специальные законы, которые предписывают, как устанавливается редакционная политика общенациональных СМИ, и в плане редакционной политики они – общественные. Независимые. Не так, что, если владельцами является правительство, то премьер­министр указывает журналистам, как им трактовать события. Наблюдением за редакционной политикой и лицензированием занимаются крайовые рады телебачення и радиомовлення. Они наблюдают, чтоб СМИ не нарушали законы. А назначением руководителей этих компаний государственных занимается рада национальных СМИ.

– Последнее время рада редакционная выносила какое-­нибудь порицание, и за что?

– Да, конечно. В законодательстве есть четкое указание: нельзя пропагандировать насилие, коммунизм и т.п. Если кто­-то пропустил теле­ или радиопередачу в эфир, и рада посчитала, что в ней что­то не соответствует закону, она, конечно, порицает, и может оштрафовать. Была ситуация, когда один придурок начал грубо выражаться, даже не шутить, пару лет назад по поводу Украины… В Украине также об этом писали. Сказал, что украинки – это машины для уборки. (Во время прямого эфира 25 января 2012 года в программе «Здравствуйте, TVN!», соведущая Иоланта Пьеньковська пожаловалась на то, что до сих пор нет роботов, способных убирать и все делать по дому, на что соведущий Бартек Венглярчик ответил: «Есть роботы! Эти роботы – украинки» –ред.). Тогда радиостанция была оштрафована на серьезные деньги.

– А есть ли государственные, частные, муниципальные газеты?

– Была единственная правительственная газета, в которой я когда­то работал – «Жечь Посполита» (польск. Rzeczpospolita – республика – ред.). Но потом её продали, в 13-­м или 14­-м году.

И как изменилась ее редакционная политика?

–Оттуда выгнали всех журналистов, которые критиковали правительство. (смеется) Ну, и хорошо сделали: они сразу создали свои журналы, которые очень хорошо продаются на рынке, и они до сих пор передовые на рынке, а газету почти угробили: с тиража почти 200 тысяч в день она упала до 40 с чем­то. Но зато «рот заткнули», перепродав «своему» бизнесмену.

– А какая роль газет и телевидения на выборах? Может ли быть такое, что каждый час телеканал рекламирует одну определенную партию или одну какую­то определенную персону, политика какого­то?

– Конечно, может быть, но все в рамках закона.

Не во время выборов, политическая реклама может «крутиться» в любое время. В рамках закона отмечено, сколько в целом рекламы может «крутиться» в час. И никто не различает, она политическая или нет. Политическая реклама может «крутиться» в любое время. Кто­-то захотел, у него деньги есть – заплатил, не вопрос. НО. Политическая реклама, во­первых, должна быть обозначена: кто за неё заплатил. Если политическая партия, то смотрят отчет этой партии, и сумма затрат должна совпадать с расценками телеканала. Во-вторых, во время избирательной кампании работает закон о выборах, где четко прописано, сколько времени и денег может быть потрачено на политическую рекламу. Ни одна телерадиокомпания тебе не может продать за один злотый рекламное время, которое стоит, допустим, 150.000, потому что потом придет налоговая, оштрафует телерадиокомпанию и лишит лицензии.

Покупают рекламное время по нормальным расценкам, и это все контролируется.

Я понимаю суть твоего вопроса, но у нас такого, как в Украине, не может быть: не может быть, чтоб кто­-то «крутился» безо всякого контроля.

– А так, чтоб не «крутился» вообще?! Чтоб все СМИ отказали, и никто его не рекламировал?

– Нет, не могут. По закону не могут. Бывало, олигархические телеканалы отказывали показывать рекламные какие­то ролики, ссылаясь на не соответствие закону. Ну, тогда идешь в суд, и суд решает, соответствует твой видеоролик закону или не соответствует. Это все прописано в законах про СМИ – раз, два – в законе про выборы, что каждый политический субъект имеет равные права на доступ до эфира и, кроме платного времени, еще предоставляется бесплатное рекламное время во время выборов, когда каждый зарегистрированный субъект избирательного процесса получает свое время на телевидении и на радио, но на государственно­общественном. Каждый день, в специальном блоке, но это уже польская ЦВК разыгрывает, кто в какое время будет в эфире.

– Твое мнение об украинских СМИ, и как их перевести на европейские «рельсы»?

– Во­первых, мне непонятно, как может быть такая концентрация общенациональных телеканалов в одних руках! У нас такого нет, потому что законодательство работает антимонопольное. Во­вторых, у нас, по определению, не может быть такого беспредела с политической рекламой. Вот, крутятся в Украине ролики с рынком земли, в которых не указывается заказчик. У нас не может быть ни какой рекламы, если не указывается её собственник, иначе нарушаются мои права, и я обращаюсь в суд. А у вас это постоянно. Идет какая­то политическая реклама, и я могу только додумывать, это реклама от правительства, или реклама от какого­то олигарха… Они все прячутся, понятно почему: они все прячутся, чтобы не рассказывать, откуда у них столько денег на рекламу. Такого у нас быть не может, это все противоречит, в том числе, антикоррупционному законодательству. И антимонопольному противоречит – по поводу владения многими СМИ в одних руках. Не стыкуется с институтом демократии. Не может при таком быть демократии. Должен быть плюрализм! А какой может быть плюрализм, если пара олигархов держат всю медиасферу?

Такого быть не должно. Не может быть у нас, в Польше, и так, чтобы олигарх, владелец телеканала, одновременно был и владельцем в печатной сфере (владельцем газеты – ред.). Такого нет, потому что при этом так же идет концентрация влияния.

– Им запрещают открывать газеты?!

– Да! Конечно! На законодательном уровне это все запрещено. Иначе – концентрация влияния. Такого у нас не допускается.

Кстати
Главными заказчиками джинсы в региональных СМИ являются местные чиновники и политики.
Такие данные показало по итогам июня 2017 года исследование уровня заказных материалов в местных печатных и онлайн-СМИ в 10-ти регионах Украины, проведенное «Институтом массовой информации» при поддержке программы У-Медиа Интерньюс Нетворк.
Среди регионов, в которых проводился мониторинг, наибольшее количество материалов с признаками заказа в печатных СМИ было зафиксировано в Николаеве (19% от общего количества материалов), в Днепре и Харькове (по 9% от общего количества материалов) и в Херсоне (8%). Меньше всего материалов с признаками заказа в печатных СМИ зафиксировано в Ужгороде (2% от общего количества материалов).
В онлайн-СМИ больше всего джинсы было размещено в Днепре – 14% и Харькове – 7% от общего количества материалов. Наименее – в онлайн-СМИ Львова и Луцка – по 1%.
По данным мониторинга, самыми активными заказчиками джинсы в региональных медиа являются местные чиновники и политики. Например, в Днепре – мэр города Борис Филатов и глава Днепропетровского облсовета Глеб Прыгунов.

– Насколько влиятельны и уважаемы журналисты в Польше?

– Это зависит от того, в какой среде, от какого издания или телеканала они аккредитованы. У нас все понимают, кому какая станция принадлежит. У каждой есть своя редакционная политика. Ты, допустим, включаешь один радиоканал, а там владелец – экс­сотрудник коммунистических сил, – ты уже знаешь, чего ждать от этого радиоканала. У другого владелец – церковь, здесь будет иная информация. У третьего – журналисты. Люди начинают думать, анализировать: «А почему такая разница в информации? Кто прав, а кто не прав?». Тебе кажется, что правда – то, что большинство говорит. А если 90% говорят неправильно, а 10% – правильно?..

– Какие твои рекомендации украинцам, простым гражданам, как отличить достоверную информацию от недостоверной? Как проверить?

– Как проверить… Во­первых надо изначально понимать, кто владелец новостей. Ты смотришь канал Пинчука и понимаешь, почему там хвалят банк «Кредит­ Днипро»: потому, что это Пинчука банк! И они будут в своем информационном блоке «Викна­новыны» рассказывать, каким крутым банком является банк «Кредит­Днипро». Надо понимать, что дело­то – не в качестве банка. А в том, что владелец канала и владелец банка – это Пинчук.

Нужно понимать, кто владелец. И нужно понимать, что он не будет давать информацию, которая ему не выгодна.

На телеканале «Украина» будут рассказывать, что спаситель Донбасса – это фонд «Гуманитарный штаб», какой он хороший. Потому что это ахметовский фонд!

Самый лучший вариант для украинцев, простых граждан, это – сделать общенациональные СМИ государственными, для этого – отобрать лицензии на телеканалы у олигархов, и следом – раздать общенациональные СМИ по системе такой же, как в Польше, Франции, Германии и т.д., где все идет под общественным контролем и согласно законодательству. Где в СМИ не запускают джинсу – потому что это опускает их рейтинг. Это было бы шикарно, но это не реально.

А пока, на данный момент – простому человеку нужно просто понимать, кто, какую информацию, какое СМИ распространяет и почему оно её распространяет, и думать, анализировать самому. А в большей степени – стараться уходить в Интернет. Потому что Интернет пока еще неподконтролен олигархам. Хотя там трудно отличить джинсу от реальной информации…

Я вижу, что происходит по поводу рынка земли. «Скармливается» людям типа «экспертна думка». Какие­то анонимные рекламные ролики, где говорят: «…Например, в Польше нет никаких ограничений по рынку земли». Интересно! Потому, что в Польше их столько, этих ограничений! А тут – «в Польше нет никаких ограничений».

Поэтому надо проверять, надо думать. Но это сложно! С другой стороны, воспринимать информацию в Украине буквально как она подается – это же вредить самому себе. 90% – полная ложь или джинса, или полуправда.

Можно просто: послушать новыны, – и посмотреть в окно. И проанализировать, сходится ли реальность с тем, что рассказали в этих новынах. Если не сходится, значит, тебе показали ложь.

– Какие твои советы и рекомендации для украинских журналистов?

– А есть журналисты в Украине? Или – «рабы на зарплате у дяди»?

– Немножко есть.

(смеется) Я не говорил про газету «Лица»… 90% находятся «на зарплате». Которые должны написать все, что хочет читать «дядя».

Для журналистов, которые настоящие журналисты… Я понимаю, что у них тяжелая ситуация, а жить за что­то надо. Но, все­таки, надо понимать, что распространять ложь – это вредить, прежде всего, самому себе. Потому что, если ты распространяешь ложь как журналист, ты вводишь в обман общество. Ты потом живешь в стране, которая основана на лжи, которая не работает правильно, и потом ругаешься, что это не так и то не так, что коррупция, что где­то, в Польше или в другой стране, лучше… Посмотри, журналист, в зеркало и подумай, что ты сделал, чтобы что­то было по­другому.

Основное – это писать и распространять правду. Если ты считаешь, что тебе не дают так делать, подумай, может, стоит поменять профессию, а, как хобби, самому распространять правду забесплатно?

Участвовать в обмане общества, конечно, иногда выгодно, но во­первых, я смотрю, как «рабы на зарплате у дяди» сменяются: «Мы использовали такого­то журналиста, выбросили на помойку, взяли такого же следующего». Сколько можно терпеть это?! Люди читают, а потом выходят на улицу и понимают, что их обманули. Второй совет настоящим журналистам: не лгать прежде всего самому себе. Если ты считаешь что то, что ты пишешь или вещаешь – правда, это одно дело. А если ты понимаешь, что это – ложь, то лучше этого не делай. Кроме того, что ты вредишь читателям или зрителям, ты вредишь самому себе, потому что будешь жить на заостренных лыжах. Смотри, как выглядит Украина, смотри как работаю депутаты – это просто жесть!

Ваш блогер, днепропетровский, Вячеслав Горобец приехал в Польшу и говорит: «Как это возможно? У нас же было лучше, чем у вас. Когда я приехал в Польшу в начале 90­-х, у вас было хуже, чем в Украине. Мы приезжали к вам, торговали, потому что у вас ничего не было. А что сейчас?..».

Поэтому третий совет: нужно делать хоть что­-то. Если ничего не делать, то ничего и не будет. У нас было много лживой, не соответствующей стандартам журналистики информации, она и сегодня есть. Но все равно она лучше, чем в Украине. Люди, зная больше правды, могут принимать более правильные решения.

В чем суть журналистики? Передавать информацию тем, кто читает, смотрит, – для того, чтобы люди могли принимать правильные решения. Если врач получит подделки анализов, какой он сможет диагноз поставить? Так же работает и журналистика. Принято считать, что журналистика нужна для какого­то политического процесса, чтобы кто-­то избрался и стал кем­-то во власти. Нет, суть журналистики в том, чтобы передать информацию, а люди на основании этой информации принимали свои решения. Будет ложная информация – будут неправильные решения. А если общество на основании ложной информации будет принимать ложные решения, журналисту придется жить в стране, построенной на ложных решениях. А у истоков будет лежать информация, которую он сам распространял. Это круг!

Только немногие это понимают. Ты рассказывал, какой хороший этот дядя-­олигарх, какой крутой, какой добрый, что он всем поможет. Потому что тебе за это заплатили. Дядя-­олигарх, конечно, всех кинул, а ты удивлен «Ах, как так можно!». Ты лгал, а теперь – удивлен…